Неточные совпадения
Когда поезд подошел к станции, Анна
вышла в толпе других пассажиров и, как от прокаженных, сторонясь от них, остановилась
на платформе, стараясь вспомнить, зачем она сюда приехала и что намерена была делать.
Разговор прекратился, и Нехлюдов вслед за садовником
вышел из вагона
на мокрые доски
платформы.
Впереди, перед первым классом, стояла только небольшая толпа народа, всё еще смотревшая
на тот вагон, в который внесли княгиню Корчагину. Остальной народ был уже весь по местам. Запоздавшие пассажиры, торопясь, стучали по доскам
платформы, кондуктора захлопывали дверцы и приглашали едущих садиться, а провожающих
выходить.
Нехлюдов, еще не
выходя из вагона, заметил
на дворе станции несколько богатых экипажей, запряженных четвернями и тройками сытых, побрякивающих бубенцами лошадей;
выйдя же
на потемневшую от дождя мокрую
платформу, он увидал перед первым классом кучку народа, среди которой выделялась высокая толстая дама в шляпе с дорогими перьями, в ватерпруфе, и длинный молодой человек с тонкими ногами, в велосипедном костюме, с огромной сытой собакой в дорогом ошейнике.
Наш полупустой поезд остановился
на темной наружной
платформе Ярославского вокзала, и мы
вышли на площадь, миновав галдевших извозчиков, штурмовавших богатых пассажиров и не удостоивших нас своим вниманием.
Пройдя еще шагов триста, вы снова
выходите на батарею —
на площадку, изрытую ямами и обставленную турами, насыпанными землей, орудиями
на платформах и земляными валами.
Граф? У-у, это карась. Впрочем, у него уж, наверное, ни черта не осталось. Судя по физиономии, контрреволюционер… (
Выходит из-за ширм, любуется штанами, которые
на нем надеты.) Гуманные штанишки! В таких брюках сразу чувствуешь себя
на платформе.
Я собрался мигом, но момент отъезда был выбран не совсем удачно. Кёльнский поезд
выходил из Парижа вечером; сверху сыпалось что-то похожее
на пашу петербургскую изморозь, туман стлался по бульварам и улицам, и, в довершение всего,
платформа железнодорожной станции была до крайности скудно освещена. Все это, вместе взятое и осложненное перспективами дорожных неудобств, наводило уныние и тоску.
В Бордо приехали ночью, часов около двенадцати. Выскочив
на платформу, он побежал к вагону своих спутниц, чтобы узнать, не
выходили ли они тут.
С этим она
вышла, и не смевший следовать за нею Жозеф видел из окна, как она быстро, как темный дух, носилась, ходя взад и вперед по
платформе. Несмотря
на то, что
на дворе еще стояли первые числа марта и что ночной воздух под Берлином был очень влажен и прохладен, Бодростина обмахивалась платком и жадно впивала в себя холодные струи свежей атмосферы.
Раздался последний свисток, пассажиры зашевелились, начали собирать вещи, и через минуту поезд уже остановился. Колесов
вышел из вагона
на платформу. Его тотчас окружили «вызывалы» из мелких гостиниц и дурных номеров, насильно таща каждый к себе. Один прямо вырвал из руки Колесова его чемодан.
На другой же день, по получении последней возможности отправить тело Даши, он впервые
вышел очень рано из дома. Выхлопотав позволение вынуть гроб и перевезя его
на железную дорогу, Долинский просидел сам целую ночь
на пустом, отдаленном конце длинной
платформы, где поставили черный сундук, зловещая фигура которого будила в проходивших тяжелое чувство смерти и заставляла их бежать от этого странного багажа.
Застоявшиеся, исхудалые лошади
выходили из вагонов, боязливо ступая
на шаткие сходни. Команда копошилась
на платформах, скатывая
на руках фуры и двуколки. Разгружались часа три. Мы тем временем пообедали
на станции, в тесном, людном и грязном буфетном зале. Невиданно-густые тучи мух шумели в воздухе, мухи сыпались в щи, попадали в рот.
На них с веселым щебетаньем охотились ласточки, носившиеся вдоль стен зала.
Немудрено, что все бывшие в дебаркадере, в том числе и наши путешественницы со своим спутником, бросились
на платформу, с которой можно было близко видеть пленных, не смевших
выходить из своего вагона.
В это время подошел пассажирский поезд. Он
на минуту остановился; темные фигуры
вышли на другом конце
платформы и пошли куда-то в темноту вдоль полотна. Поезд двинулся далее. Свет из окон полз по
платформе полосами. Какие-то китайские тени мелькали в окнах, проносились и исчезали. Из вагонов третьего класса несся заглушённый шум, обрывки песен, гармония. За поездом осталась полоска отвратительного аммиачного запаха…
Выйдя из вагона, Малахин не узнает своего поезда. Его восемь вагонов с быками стоят в одном ряду с невысокими вагонами-платформами, каких раньше не было в поезде.
На двух-трех
платформах навален бут, а остальные пусты. Вдоль поезда снуют незнакомые кондуктора.
На вопросы они отвечают неохотно и глухо. Им не до Малахина; они торопятся составить поезд, чтобы поскорее отделаться и идти в тепло.
После этого все трое
выходят из комнатки и, разбудив
на пути спящего кондуктора, идут
на платформу.
Вдали показались три огненные глаза.
На платформу вышел начальник полустанка.
На рельсах там и сям замелькали сигнальные огни.
В другой раз, будучи уже студентом, ехал я по железной дороге
на юг. Был май.
На одной из станций, кажется, между Белгородом и Харьковом,
вышел я из вагона прогуляться по
платформе.
Из круга, небрежно раздвигая толпу,
выходят двое: девушка в белом и высокий юноша, почти такой же высокий, как Юрасов. Вдоль полусонных вагонов, в конец дощатой
платформы, где сторожко насупился мрак, идут они красивые и как будто несут с собою частицу света: Юрасову положительно кажется, что девушка светится, — так бело ее платье, так черны брови
на ее белом лице. С уверенностью человека, который хорошо танцует, Юрасов нагоняет идущих и спрашивает...
Увлеченный нытьем, я не заметил, как
на платформу вышли из разных концов две пары.